Любить нельзя помиловать [= Муж за алиби ] - Наталья Андреева

И у Никиты родился план: во что бы то ни стало доказать, что у гаража был именно он.

Самым слабым звеном в этом плане была Ниночка, а самым сильным – Марго. Первое он убрал, второе прикрепил к себе намертво. Чтобы связь между ними никогда больше не оборвалась. Марго еще предстояло узнать, что в тот вечер ее мужа пытались убить двое. Не переменится ли она после этого к своему любовнику, который представлял себя раньше только жертвой? Чтобы подобного не случилось, Марго должна сама увязнуть в этом деле по уши. И он постарался на совесть.

В субботу вечером он подобрал Ниночку у метро «Речной вокзал» и первым делом стал извиняться за сорвавшееся свидание.

– Отвези меня домой, – попросила обиженная девушка. – Я видеть тебя больше не хочу.

И тем самым подписала себе приговор. Разве Ниночка оставила ему выбор? Нет, не оставила. Во-первых, провизорша была ему больше не нужна, только мешала, путалась под ногами, во-вторых, минут десять назад в том же направлении, по Ленинградке, уехала Вера на своей машине. Он же обеспечил себе алиби, полчаса болтаясь в кондитерской, где якобы договорился встретиться с девушкой. И даже пожаловался хорошенькой официантке на женское коварство. Словом, сделал все, чтобы его запомнили. Изображая на лице досаду, сел в свою машину и уехал. А потом позвонил девушке и договорился о встрече. Ниночка же села в машину не на остановке, а на пятачке, находящемся метров за двадцать от автобуса, отправляющегося на Зеленоград. То есть, никто ее не запомнил, случайные прохожие не обратили внимания на такую мелочь, как дешевенькая бежевая иномарка, притормозившая у обочины. Не «роллс-ройс» же, и не «бентли». Свидетелей не найдется, Никита был в этом уверен.

Когда он убил девушку, решил, что тело надо хорошенько спрятать. Пусть найдут, но не сразу. Если же не обнаружат до того момента, как он приступит к следующей части плана, ничего страшного не случится. Пропала девица, и все. А последняя, кто ее видела – Вера. Значит, именно она под подозрением.

Оставалось повесить на Веру убийство, доказать которое пара пустяков. И навсегда привязать к себе Марго. Для этого он попросил ее заказать точно такой же парик, который обнаружил в шкафу у Веры. Никита догадался, что, используя его, Вера посещала ту самую студию «Успех», где и завербовала Наденьку. Таким образом, круг замкнулся. Женщина в белокуром парике договаривается с Надей, потом убивает свидетельницу, когда та выходит из-под контроля, и отгоняет побитую машину на платную стоянку. Ибо он хорошо изучил Веру и мог предположить ее реакцию на происходящее. Расстаться со своей «ласточкой» Вера не в силах, она наверняка попытается ее сохранить. А где? На платной стоянке, разумеется!

Когда Вера вручила ему доверенность и запасной комплект ключей от своей машины, и то и другое он положил в «бардачок» своего «мустанга». А вчера вечером, вернувшись с работы позже, чем Вера, отогнал серебристую иномарку за угол, где ждала Марго.

– Что дальше? – спросила та после страстного поцелуя.

– Жди, я тебе позвоню. Сейчас я поругаюсь с Верой, и она захочет заставить Надю дать показания против меня, а не в мою пользу. То есть, теперь уже однозначно поедет на встречу.

– Даже если не обнаружит во дворе своей машины?

– Я знаю Веру. У нее в голове сплошные графики. Десять ноль-ноль: встреча с Надей. Хоть небо на землю упади. Она сядет в мою машину, никуда не денется. И уедет отсюда. Ты тоже поедешь к общежитию. Надень парик, не забудь. Избавишься от этой девчонки, и мы встречаемся у метро. Помнишь?

– Да.

– Там ты пересаживаешься в свою машину, а я занимаюсь последней свидетельницей. Потом надо вернуть Верину машину на место. Как только жена сообразит, что ее кинули, она побежит в милицию делать заявление об угоне. И найдет свою ненаглядную «ласточку» на стоянке перед домом.

– А вдруг Вера захочет избавиться от своей машины? После того, как я… Как все случится.

– Только не это. То есть, если она оставит ее во дворе в таком виде, ей же хуже. Кто поверит, что не она была за рулем, когда совершался наезд? Она же договаривалась о встрече! А насчет избавиться… – он засмеялся. – Только не Вера!

– Мне не по себе. – Марго зябко передернула плечами.

– Ну, любимая… Ты должна это сделать. Вспомни, ведь иначе Вера упрячет меня в тюрьму. Или я туда сяду, или она. Тебе выбирать.

– Хорошо. – Снова был страстный поцелуй, потом Марго отстранилась, посмотрела ему в глаза и спросила: – Время, да?

– Да. Пора. На всякий случай: мы встретились у метро вечером, в половине одиннадцатого, и пошли поужинать в ресторане. Обсудить мое назначение и рабочие моменты. Ты хозяйка фирмы, я твой директор. Ты мое алиби, а я твое.

– Хорошо. Жду звонка.

И получилось! Вера, без сомнения, сильная шахматистка, но мыслит она стандартно. И те самые нестандартные ходы, которые раньше приводили Никиту к поражению, на этот раз принесли успех. При обыске в квартире у Веры найдут парик. На машине кровь. Продавщица убита. Последний свидетель, который мог сказать правду.

Главное, чтобы Вера принесла им письменные показания. Принесла сама, ибо иначе их не достать.

День прошел спокойно Никиту никто не побеспокоил. Перед тем как уйти домой, позвонил в офис и спросил у Сони:

– Моя жена на работе?

– Никита Борисович?

– Да.

– Разве вы не в курсе?

– В курсе чего?

– Веры Александровны сегодня не будет. И вообще не будет.

– То есть как это? – спросил он с замиранием сердца. Неужели победа?

– Вера Александровна… – Голос Сони дрогнул. – Она в тюрьме.

– Откуда пришла информация? Жена звонила из прокуратуры? Что именно она сказала?

– Звоните в милицию сами! Я вам не справочное бюро! – неожиданно резко ответила Соня и бросила трубку.

«А ведь это единственный человек, который будет жалеть о том, что Вера больше никогда не появится в офисе. Самый преданный моей жене человек, – грустно подумал он. И тут же: – Надо будет ее уволить»

Ночевать он поехал к Марго. Сына та отправила к своим родителям…

…Вечером следующего дня Марго заявилась к нему в кабинет. Прямо на работу! И это после ночи, проведенной вместе! Кинулась на шею со словами:

– Не могла больше ждать! Полдня пришлось улаживать формальности в прокуратуре! Как же я устала и соскучилась! – пожаловалась Марго.

– Дверь запри, – посоветовал он.

– А чего ты теперь боишься? Веру-то посадили! Я звонила в офис, разговаривала с Соней. Ну что? Ты доволен?

– Вполне. – Но только когда ключ повернулся в замке, он принял Марго в свои объятия. И спросил: – Тебе выдали, наконец, тело мужа?

– Да.

– И когда похороны?

– Завтра. Хочу покончить с этим как можно скорее. Куда мы потом поедем? – спросила она в перерыве между поцелуями. – В Турцию? На Кипр? В Италию? Я уже попросила маму присмотреть за Пашкой.